И снова о Небесном Голосе

Когда-то мы с belta и eye_ame имели интересный разговор о Небесном Голосе в финале сцены аутодафе из "Дона Карлоса": предполагается ли, что кто-то из персонажей на сцене слышит его? Джулиан Бадден цитирует письмо Верди к Т.Рикорди 1872 г., где тот говорит: "Конечно, люди на сцене будут обращать внимание только на аутодафе, как если бы они не слышали голос". Там же он пишет, что Голос должен звучать "высоко и в отдалении", чтобы сразу было ясно - он "не из этого мира".

Мой единственный опыт прослушивания "Карлоса" в театре подтверждает, что голос, раздающийся со стороны потолка сверху и в отдалении действительно производит потрясающий эффект. Что касается "обращённости" или "необращённости" его к персонажам на сцене - мне всегда нравилась неуслышанность голоса, подчёркнутая партией фламандских послов. Чувствуешь в этот момент, что есть нечто выше и прекраснее земных страданий, даже если людям не хватает силы и вдохновения вполне в это поверить. Не менее важно для меня, что это единственная сцена в опере помимо финального дуэта, где божественное, внечеловееское, предстаёт прекрасным (а не хтонической томбой фатализма, как во всех сценах с Карлом V).
Про самое важное вообще не нужно говорить слишком много.

___________
Да, дорогие друзья: расскажите мне, отчего фамилию британского музыковеда Julian Budden многие пишут как "Будден"? Он вроде бы британец. Но с другой стороны, мы-то знаем, что деяния человеческие - прах, и я многого могу не понимать.

Вот пишет древнескандинавист Ларс Лённрот про поэтические строфы, встречающиеся в саговой прозе. Надо быть Лённротом, чтобы сделать следующее сопоставление:

In both cases [оба из "Саги о Вёльсунгах"/"Пряди о Норна-Гесте"], the poems tend to retard the action and break the narrative flow of prose. At the same time, the poems are highly dramatic in the sence that they present characters and their emotions in direct speech and give excellent opportuninties for theatrical posturing. The verses provide exactly the kind of thing that could not be provided by the cool, objective prose of the sagas, e.g. didacticism, passions, rhetoric. In many cases, Norna-Gest's poetic intermezzi can be compared to the arias of a 19th-century opera, where the hero or heroine suddenly stops doing whatever he or she is doing on stage in order to approach the audience directly in a melodramatic outburst.

Не то чтобы это было методологически правильно (он и не претендует в данном случае), но это прикольное сравнение, которое мой мозг всегда имел свойство делать в неявной форме.

Речь шла о Брюнхильд, и мне по ассоциации вспомнилось, как я слушала "Зигфрида" (забудем тут об ариях как таковых) в первый раз. Это было шолтиевское аудио, и в один прекрасный миг ближе к концу, после довольно длинной оркестровой части, явилась Нильссон. Ну, Нильссон - это Нильссон. Она произвела слова Heil dir, Sonne! Heil dir, Licht!, которые я на слух тогда поняла, потому что всё-таки не прошли даром занятия базовым дойчом. Эффект на меня был потрясающий, и именно потому, что он пробудил в памяти тут же "Речи Сигрдривы", Вёльсунгу и эффект от переключения там с прозы на стих. Только тут переключение было с чисто симфонического фрагмента на вокальную фразу, да ещё и эдакую, что я её до сих пор в глубине души немножко боюсь. С волшебным трепетом. Хотя возможно, что к тогдашнему впечатлению добавило ночное бодрствование, в котором сознание плыло, а солнца и света был недостаток.
Вычитал Вагнер, конечно, изо всех этих текстов уймищу такого, чего в них никогда не было и не могло быть. Но я не устаю поражаться, как он много и как осмысленно он их читал.

Студийный "Трубадур" Паппано

Эпохальная в моей жизни запись: теперь я понимаю людей, которые считают графа ди Луну самым умным и привлекательным, Манрико - придурком, а Леонору - дурой. Вот вам образчик милейшего графа, придурка Манрико и дуры Леоноры. Бедняга граф! Как тяжело ему далась борьба с мигрантами!

Ну что, Риккардо Шайи будет руководителем Ла Скалы после Баренбойма. Я считаю, это здорово. Не сказать, чтобы я слышыла Шайи очень много, но то, что слышала, нравилось мне до дрожи в коленках. Будем ждать замечательных новых записей!

Это, может быть, странный вопрос

Но, поскольку я глупый хоббит, мне можно. Скажите, мне одной в дуэте из первого акта "Тоски" слышится что-то неуловимо тристановское? Знаете, начиная с Mia gelosa... и особенно в Dilla ancora la parola che consola и далее. У меня в голове само собой встаёт: Welches Sehnen! Welches Bangen! Sie zu sehen, welch Verlangen!
Я не хочу сказать, что это одна и та же мелодия, но мне видится "тристанообразность" в том, как дуэт как-то волнами стремится к музыкальному разрешению, почти его достигает и продолжается. Нот я не видела и едва ли смогу их проанализировать, это чисто необразованное слушательское впечатление.
Вполне возможно, это слуховые галлюцинации, наведённые на меня агонистическим третьим актом.