Don Carlo (Adler, Met, 1964)

Недавно мне пришёл с Амазона относительно свеженький диск с записью «Дон Карлоса» - Франко Корелли, Леони Ризанек, Николае Херля, Ирен Далис, за пультом Курт Адлер, радиокаст 1964 г. - писк сезона, в общем :) В самом деле, я безумно счастлива, что эту запись издали. Сделать, что ли, нормальный рип, залить на "Погружение в классику"? Этот сайт принёс мне слишком много радости, чтобы я не присоединилась хотя бы немного к его благородной миссии...



Leonie Rysanek (Elisabetta), Irene Dalis (Eboli), Franco Corelli (Don Carlo), Nicolae Herlea (Rodrigo), Giorgio Tozzi (Filippo II), Hermann Uhde (Il Grande Inquisitore), Marcia Baldwin (Tebaldo), Junetta Jones (Una voce dal cielo), Justino Díaz (Un Frate)
The Metropolitan Opera & Chorus, Kurt Adler
Recorded live on 7th March 1964
Редакция в 4 актах - так что, котятки, никакого вам Фонтенбло. Пусть царит над миром треш!

Под катом, как водится, набор впечатлений, который косплеит что-то похожее на отзыв. Но пусть форма не обманет вас. Никакой это не отзыв, а так, как обычно, фанатские флуды на многобукв.


«Вагнерианский» состав записи сразу бросается в глаза
за что запись, если честно, и была куплена
хотя ещё больше — за Корелли в главной роли.
Сами смотрите: Леони Ризанек, поющая тут Елизавету, заслуженно носит лавры одной из лучших Зиглинд; Эболи - Ирен Далис блистала в Байройте как Кундри; а Германн Удэ, несравненный Голландец, Тельрамунд, Странник и Клингзор, явлен здесь в неожиданной для него роли Великого Инквизитора. Можно было бы подумать, что «итальянский» дух вердиевской оперы окажется здесь принесён в жертву...
Он, натурально, принесён в жертву. Контраст с разнообразными «эталонными» записями бьёт в глаза. Но как разозлился бы, наверное, Верди, услышав про «вагнеризацию»! Конечно, эта Эболи - никак не Кундри, и эта Елизавета — ни разу не Зиглинда: исполнение остаётся в рамках вердиевской драмы. И думаю, что оно наилучшим образом высвечивает «Дон Карлоса» как драму, я не побоюсь даже сказать — находит в ней нечто шиллеровское. Слушая его, понимаешь, что «Дон Карлос» - это сущностно уже не то, что «Риголетто» и пр. Это поздняя, зрелая вещь, и с некоторой точки зрения исполнять «Дон Карлоса» как «Риголетто» - анахронизм. Суровое дирижирование Курта Адлера и полнокровные, сильные характером герои создают трагедию в настоящем смысле этого слова. Оперные условности сглаживаются и органично встают на своё место, становятся эстетически приемлемыми. А если это произошло — значит, ты правильно поставил оперу Верди!
Про этого «Карлоса» можно сказать словами одного музыковеда о студийной «Валькирии» Фуртвенглера (о нет, снова вагнеровские ассоциации!): картина написана здесь в тонах от тёмно-синего до чёрного. Но тёмно-синие краски здесь попросту пылают со всей возможной мрачной торжественностью, которая присуща этому творению Верди, в целом весьма невесёлому.

В Елизавете Леони Ризанек мы слышим земную, страдающую женщину. Это вовсе не воздушно-звенящий юный образ, как, например, у Рентаты Тебальди («эталонной» Елизаветы, на мой взгляд), а героиня, которая борется со своим горем и несёт груз несчастной любви как какую-то эпическую ношу. Чем-то она всё же не может не напоминать о Зиглинде: не только из-за того, что её поёт Ризанек, но, наверное, и потому также, что сюжетная ситуация немного похожа. Но повезло несчастной супруге тирана гораздо меньше, чем её древнегерманской коллеге. Поводов порадоваться у неё в отличие от экстатической Зиглинды нет ваще ни одного! В таких страдающих персонажах всегда особенно замечательно видеть достоинство и силу характера. Настоящая королева эта Елизавета.
Я начиталась на Амазоне чьих-то жалоб на вокальную сторону её исполнения партии, но сказать сама ничего дурного не могу. Знаете, когда люди начинают описывать тонкости вокального мастерства... Я не разбираюсь, и режимов восприятия вокала у меня три: «не нравится»\«нравится»\«восторг!». Ризанек - это третье, определённо =)

Эболи тоже хороша. О, Ирен Далис — это вам не сферическая вердиевская мецца в вакууме. Трудно сформулироавть, за что я люблю её так сильно. В ней нет юной грации обожаемой мною Бамбри, нет мелодраматической пылкости очень многих замечательных Эболи, таких как Веррет, в ней нет их очарования, - но есть зрелая элегантность. Она испытывает не крышесносную влюблённость, а серьёзную страсть, не в меньшей степени, чем Елизавета. У неё Кундри за плечами, чёрт побери!
Прославленная в веках ария O don fatale часто вызывает много лулзов, по крайней мере, у меня. (Почему она вообще так знаменита? Хорошая ария, но не сама лучшая в «Карлосе»...) Она, вопреки содержанию, нередко звучит с таким слабо завуалированным самолюбованием! Тётя заламывает руки и проклинает свою роковую красоту вообще! Няшка. Но у Далис - раскаяние, пылающее искреннее чувство... Я внезапно всерьёз прониклась драматичностью ситуации, думайте, что хотите ^_^ И я считаю, что если такие «опасные», слишком «оперные» эпизоды можно слушать без усмешки, искренне переживая - это определённо значит, что исполнение просто классное.
Можно было бы из этого подумать, что песенка про вуаль должна в такой ситуации потеряться в тени страстей роковых, но нет же. Красиво, кокетливо, мечтательно, с еле заметной иронией... Всё так, как нужно; вот вам Эболи всерьёз. Если угодно - Эболи как она есть!

Именно двух героинь упомянутая мною «вагнеризация» затронула, пожалуй, всего сильнее. Остальные персонажи исполнены более традиционно.

Заглавную роль поёт Франко Корелли. И это счастье! Довольно я слушала ради него кошмарных бутлегов, лежавших на торрентах, хотя этой прекрасной записи там, увы, не было. Особенно ужасна качеством запись с Кабалье: я заслушала её до дырок, но не хочу больше включать её, как человек не хочет смерти!
Почему я слушала треш, нетрудно сказать. Я люблю Корелли. Увы, с Корелли нет ни одной студийной записи «Дон Карлоса», а записи с приличным звуком — только две. Та, про которую я пишу - одна из них, и это обстоятельство очень повышает её ценность для тех, кто считает именно Корелли образцовым исполнителем этой роли. Кто ещё может изобразить такой накал героического ангста, не впадая при этом ни в неоправданную браваду, ни в эмо позорное? Это же Heroic BSOD во всей его славе на протяжении всей оперы! И в этом адовом состоянии, оказывается, могут быть разные краски: отчаяние, тоска, дикое воодушевление, решимость, героика — всем сердцем выстраданная, несокрушимая, сверкающая героика!!!
Запас восклицательных знаков иссякает, абзац про Корелли кончается.

Джорджио Тоцци — очень интересный Король Филипп. В сравнении с исполнителями вроде Фурланетто он суров и властен. Его Филипп даёт понять: когда тиран остаётся наедине с самим собой, он может страдать и тосковать; его сердце может разрываться на части - но всё-таки останется тираном. Полезно иногда лишний раз об этом вспомнить. А то люди так любят мысленно гладить по головке персонажей такого рода... ;)
Ella giamai m'amò в его исполнении — это вообще гениально. Страдание перетекает у него в ярость, в бешенство от бессилия... Филипп — страшный человек! Персонажам можно сопереживать и сочувствовать сколько угодно, но не хотела бы я встретить в жизни кого-то подобного...
Думаю, когда ты женат на Ризанек-Елизавете, родил Корелли-Карлоса, при дворе у тебя ходит почти что Кундри (бррр!), и вообще ты правишь в стране ангстовой эпики, приходится, наверное, быть очень суровым и жёстким правителем :) Другой Филипп был бы неубедителен с таким остальным составом...

Германн Удэ — очень нетипичный Великий Инквизитор. Это роль для баса, и, как правило, звучит в высшей степени мрачно и запугивающе. Удэ, низкий баритон в большинстве своих ролей, может быть в этой роли не столь эффектен, как басы вроде Сальминена. Он звучит вовсе не как злодей — в этом скорее можно было бы обвинить Филиппа-Тоцци, который вполне себе брутален. В голосе Удэ звучит благородство и непробиваемая вера в свою правоту; он точно знает, что обладает над королём духовной власти. Знаменитый дуэт Филиппа с Инквизитором звучит, таким образом, «инвертированным» относительно общепринятых стереотипов. Это не обычное противостояние благородного сомневающегося короля злобному Инквизитору, который его зомбирует и подавляет — это картина того, как чувства могущественного и пугающего повелителя разбиваются о законы мироздания. Жесть.
Вокально к Удэ, наверное, можно придираться, всё же это не вполне «его» роль — но мне очень понравилась его игра, и то, как он вписывается в ансамбль.

Разница в тембрах Филиппа и Инквизитора, а также разительное отличие их обоих от очень благородно звучащего призрака Карла V, делает финал великолепным, просто великолепным. Мне эта сцена ночью будет сниться именно с такими голосами и интонациями. Король в ужасе, Инквизитор в смятении... Привидение возглашает суровые загробные истины со свойственными настоящему привидению достоиством и внушительностью... Елизавета издаёт долгий и отчаянный оперный «вскрик»... Оркестр! И — всё. Тишина.
Слов к этому моменту у слушателя уже нет, остаются только буквы эмоции... Блистательный маэстро, как можно было писать такое? Это же безумие! Это переходит все границы здравого смысла; это переходит границы хорошего вкуса, как мы его понимаем. Критики удивлённо поднимают бровь, Вагнер негодует со своей сумрачной тевтонской колокольни, также милой моему сердцу.... Но это гениально. В этом есть какая-то искра - божественный огонь, наверное. Я иначе объяснить это не могу.

Маркиза де Позу (Николае Херля) я оставила на самый конец, как видите. Я вообще не лучшим образом разбираюсь в разнообразных Родриго, потому как в среднем случае моим вниманием завладевают Карлос и Елизавета. Например, в записи Шолти, которую я очень люблю и заслушала до дырок, иначе и не получается: Фишер-Дискау - молодец, но герой у него получился принципиально второплановый. Но на этого Позу попробуй-ка, не обрати внимания! Благородный, честный, храбрый человек — и, что характерно, опасный. Вполне веришь, что он воевал. Он решительный и очень умный, и это последнее качество вызывает особенно много внимания: в таких героях как Карлос оно, выражаясь политкорректно, не акцентируется...
А что, мне кажется, так и должно быть. Родриго ведь - не жертва судьбы, а человек со своей трагедией, как и остальные действующие лица. И его трагедию я вижу в том, что, живя в иррациональном по сути своей мире, тёмном и необъяснимом, он верит в разум и некую конечную справедливость. Я сама так никогда не могла полностью в это всё поверить, но люди с подобными идеалами всегда вызывали у меня симпатию и сочувствие.
Кажется, у меня получился больше флуд на тему того, что я думаю про Родриго, чем что-то внятное про исполнение. Это не очень хорошо говорит обо мне как об авторе букв, но, наверное, весьма хорошо - об исполнителе, раз он производит впечатление. Но я добавлю всё же по существу, что его голос глубокий и как-то одновременно внушительный и проникновенный. Мне нравится его подход к роли, и сцена смерти очень меня тронула именно благодаря тому, как он изображает эмоции Родриго. Есть великие баритоны, которые вызывают у меня больше восхищения собственно пением в этой роли. Но Херля же вроде больше по Россини приударял и всему такому? Но тут я ступаю снова на зыбкую почву вокальных тонкостей, о которых я спекулировать не умею, не люблю и в общем не буду.


Я однозначно рекомендую эту запись и готова ею делиться, если у кого-то не получится её найти. Особенно — любителям Корелли-стайла, конечно. Ибо Корелли здесь в ударе и проявляет свой стайл весьма интенсивно!.. «!..» здесь — очень важная часть высказывания.
Если вы цените в опере драматическую сторону дела, то это вообще мастхев. Драматическая сторона порой доминирует здесь над сладостностью пения, которое, однако, остаётся очень красивым. Никто не прибегает к ужасным театральным эффектам, все характеры являются очень продуманными и вписываются в историю. За то, что Эболи не выглядит здесь блестящим красным бантиком, прицепленным сбоку на чёрный гроб всеобщего мрачняка, Ирен Далис вообще надо памятник поставить. Но не скоро. Пусть эта великая женщина живёт до 100 лет и больше!